Откуда рождаются сказки? Что они несут детям и взрослым? Почему юристы начинают писать детские стихи, следуя за мечтой? В гостях программы «Говорим по делу» побывала оренбургская поэтесса, известная на всю страну, Надежда Кузнецова.

На пути к мечте

— Надежда, как ты относишься к тому, что тебя называют сказочницой?

— Замечательно. Люблю сказки, и у меня с этим словом самая хорошая ассоциация, сразу вспоминается детство, волшебство, мечты, феи. В общем самое-самое светлое и доброе.

Когда ты была маленькой, о чем ты мечтала?

— Когда я была маленькая, я мечтала быть продавцом мороженого. Мне очень нравилось, как его раскладывают по стаканчикам. В более осознанном возрасте я мечтала всегда быть журналистом, работать на международном уровне. Слово меня всегда привлекало. Одно время хотела поступить на филологический факультет, но так получилось, что попала на юрфак.

— Как это так, от филологического на юрфак? Двери, наверное, перепутала?

— Я окончила сначала юридический колледж. Мне понравилось само обучение там, потому что дисциплины казались очень интересными. Там было много историй, такого фундаментального, философии. Меня привлекло все многообразие. Захотелось продолжить обучение. Но для себя я решила, свою мечту осуществлю. И все-таки планирую еще и поступить на филфак.

— Но вернемся к маленькой Надежде. Давай вспомним твое детство. Какие слова ассоциируются у тебя с детством?

— Мама, утро, цветы, восторженность, любовь ко всему миру и чувство счастья.

— В какой возрасте ты начала читать? Какая была любимая книга?

— Читать я начала в школьные годы. Самое любимое произведение Самуила Маршака — «12 месяцев». Произведение про волшебство, девочку, природу, подснежники. Это мои самые яркие воспоминания из детства.

— А кто у тебя там любимые герои?

— Падчерица, конечно, которая пошла за подснежниками, и все-таки нашла их.

— Если говорить про «12 месяцев» и описывать сейчас героев, то принцесса насколько это злой герой? Может быть она на самом деле не злая, а просто девочка, у которой нет мечты?

— Принцессу я не воспринимала злой и сейчас не воспринимаю. Мне казалось, что она несчастная, и она думала, что вот таким образом она обретет счастье. Но если посмотреть на сказку взрослыми глазами, то ее я уже воспринимаю как мотиватор. Собственно, если бы не ее капризы, то, наверное, ничего бы не случилось.

— Чему учит эта сказка?

— Она учит доброте, вере в себя, в победу, в волшебство, в чудо. Наверное, все это так необходимое нам сейчас. Мне очень нравится сказка тем, что 12 месяцев — это те самые люди, те самые волшебники, которые помогают девочке. И в реальной жизни также находятся те самые волшебники, те самые уникальные, потрясающие люди, которые мне помогают. Сказка и жизнь переходят друг в друга.

— Если бы тебе сейчас представилась возможность написать продолжение этого произведения, то как бы выстроилась сюжетная линия?

— Она достаточно очень хорошо завершается. Это сказка со счастливым концом: у девочки прекрасный дом, сад и все эти месяцы гостят у нее по очереди. Но я бы, наверное, добавила ей то, что она встретила своего прекрасного принца и была счастлива.

— Какое бы место занимала принцесса? С одной стороны она вроде бы получила подснежники, а дальше она также и осталась несчастной?

— Можно было бы сделать ее счастливой. Наверное, да. Сейчас думаю, я бы, наверное, добавила бы то, что, после того, как она получила бы эти подснежники, произошло бы чудо, волшебство и ее сердце оттаяло бы. Она стала бы более доброй. Она что-то осознала бы в этой жизни.

Волшебство рядом

— Вернемся к теме волшебников, о которых ты говоришь. В жизни у тебя встречаются волшебники? Как ты считаешь, это просто такое везение или это результат твоей целеустремленности, веры в то, что ты делаешь?

— Однозначно это результат веры в то, что ты делаю. Потому что, когда ты веришь в свое дело, то ищешь разные варианты. Твое подсознание и сознание настроены на то, чтобы достичь того, о чем ты мечтаешь. Мне, кажется, эта информация где-то расходится во вселенной, и приходят нужные люди. Но это результат веры и целеустремленности. Иногда кажется, что все, ничего не получается, а буквально через несколько минут может раздаться звонок, и человек и скажет: «Нет, знаете, а ваш вопрос решится таким-то образом». У меня такое было несколько раз, поэтому нельзя терять веру ни в коем случае.

— Расскажи подробней, когда был такой случай, что можно было говорить, что все уже пропало. А потом раз, и все получилось!

— У меня такой случай был с созданием книги. Тогда я была начинающим автором и меня никто не знал в России. Когда я начала рассылать свою рукопись по разным издательствам, везде было написано: «Стихи детские не предлагать, стихи детские мы печатать не будем». Тем не менее, все равно решила попробовать. Мне отказали около 20 издательств. Но потом три издательства мне предложили сотрудничество.

— Ты сразу заметили эти ответы?

— Нет, я ответы не сразу заметила, потому что они приходили в течение полугода.

— В школе ты какие книги читали?

— В школе я начала осознанно читать ближе к старшим классам. Мне очень понравилось перечитывать классику. Несколько раз перечитала «Войну и мир». Она в девятом классе показалась особенно интересной. Гоголя с удовольствием читала,, рассказы Чехова.

— Сколько книг ты читали в день?

— На тот момент я читала достаточно много, почти каждый день по 10-20 страниц точно.

Из юристов в писатели

— Ты когда пришла в школу, мечтала быть журналистом. Но как все-таки так получилось, что  юриспруденция?

— Я вообще изначально поступала учиться на юрфак в Бузулуке, в родном городе, а там был филиал колледжа Оренбургского государственного. Но потом он закрылся, и я переехала в Оренбург и здесь уже заканчивала. Мне на тот момент казалось, да и моим родителям что филология – это несерьезно. И образование юриста казалось более престижным. На тот момент у меня был очень интересный опыт, почему я хотела именно пойти на журфак. Я работала в Бузулуке на местном канале около 3 лет в качестве добровольца. Была автором и ведущим молодежной передачи. Мы снимали очень интересные сюжеты. Работая там я поняла, что необязательно иметь образование журналиста, чтобы быть в этой профессии. Поэтому решила пойти на юрфак.

— Работала хоть один день в качестве юриста или нет?

— После окончания университета я пошла в коллегию адвокатов, где проработала чуть больше года, даже достаточно успешно вела дела. Но этого времени мне хватило, чтобы понять, что это совершенно не мое. Мне не хватало свободы. Поэтому я перешла в другую сферу. Но юриспруденция мне помогает по жизни. Это хорошая база.

— Ты говоришь: «Не хватало свободы». Что для тебя свобода?

— Для меня свобода – это поступать в соответствии со своей совестью. Делать те дела, вещи и проекты, которые действительно хочется делать от души для сердца и заниматься теми делами, которые приносят радость и удовлетворение в первую очередь.

— Как ты считаешь, вокруг у нас больше свободных людей или меньше?

— Свобода — это то что внутри у тебя, как ты ощущаешь себя в этом мире. Можно работать в обычной компании в офисе, но при этом иметь возможность реализовывать свои творческие способности, ощущать себя свободным и счастливым человеком. Самое главное, я считаю, что каждый человек приходит со своим талантом в этот мир.

— Наличие у человека хобби – это тоже проявление свободы?

— Да, я считаю, что наличие хобби – это проявление свободы. Вообще проявление свободы – это то, что человек делает для души. Не потому, что это нужно делать или это приносит деньги, не потому что так надо. А это то, что радует сердце. То, что радует душу. Это уже свобода.

— В каком возрасте ты написала свои первые строчки и какие?

— Я написала достаточно рано первые строчки, в 6 лет. Я пошла в школу и меня сразу решили записать в музыкальный кружок. Там мне дали какое-то домашнее задание, и я тогда написала песенку про снег и зиму.

— Уже когда ты училась в школе, продолжала писать или на какое-то время это отложила?

— Я писала постоянно, если с 6 лет посмотреть и до сегодняшнего дня. В школе практически все сочинения, которые нам задавали, я писала в стихах.

— Когда ты поняла, что хочешь стать детским писателем?

— Я поняла это не сразу. Моя первая книга «Хрупкий мир», которая вышла, когда я еще была подростком, была абсолютно взрослой книгой на очень серьезные темы, с философскими стихами, которые я сейчас перечитываю. Некоторые из них сбылись практически полностью и дословно. Я поняла, что хочу стать детским писателем, когда у меня родился первый ребенок. У меня было очень четкое понимание детского мира. Теми глазами, которыми дочка смотрит на мир, я старалась тоже смотреть. Мне было так интересно, на что она обращает внимание, какие слова ее цепляют, что ей нравится, как кушает кашу, пьет, играет. И мне хотелось вести с ребенком такой игровой диалог на ее языке. И я начала писать стихи. Появлялось стихотворение про кашу, с помощью которого мы кушали. Появилось стихотворение про светофор, чтобы объяснить ребенку, как переходить дорогу. Это чисто прикладные вещи. И потом я уже более осознанно подошла к этому делу. Принесла произведения в дом литераторов, хотя меня все пугали тем, что этого вообще не стоит делать, и показала Молчанову Виталию Митрофановичу. Он сказал: «Из тебя получится очень хороший детский поэт. Займись этим серьезно». И я решила заняться этим серьезно.

— Детский мир и взрослый. Насколько, когда мы взрослеем, меняется наш взгляд? Как ты считаешь, почему это происходит? Почему детский взгляд у нас с возрастом исчезает или просто он не исчезает, а мы его прячем?

— Я думаю, что дети более внимательные. Мы когда взрослеем, становимся менее внимательными к окружающему миру. Мы не видим. Мы переходим в какую-то другую реальность. Мы мыслим какими-то более общими категориями. Мир детей — более детальный. Они видят цветочек, листочек, солнышко, букашку, капельку. Видят и замечают движение эмоций, облаков. Они видят те все вещи, которые нас окружают. Они видят те все вещи, которые нас окружают. Даже то же письмо, ложку, чашку. Для них это все так интересно. Они смотрят на эту чашку, обращают внимание на ее форму, какая она круглая, какого цвета, теплая или холодная, чем она пахнет. Дети этим восторгаются, они изучают мир. У них такое жадное желание познать его. Взрослые уже думают о том, как заработать деньги, как помыть эту чашку, почему она стоит не на этом месте. Уже больно практическое применение идет. Очень мало радости в том, что они видят.

— А это хорошо или плохо?

— Я думаю, что всему, наверное, свое время. И если взрослые будут постоянно смотреть на мир глазами детей, то им, наверное, будет сложно делать какие-то практические вещи. Обеспечивать семью, обустроить дом. Иногда нужно собрать свою волю в кулак и направить внимание на другие вещи. Я думаю, что задача взрослого как раз состоит в том, чтобы сохранить чистоту восприятия мира, как воспринимает его дети, но при этом добавить еще разум, расчет и мышление взрослого человека. Вот это и будет гармоничное взросление. Взрослые люди будут и достаточно практичными, и счастливыми.

Писатель или пророк?

— Вернемся к вашей книге «Хрупкий мир». Ты говоршь, что многое сбылось. Можешь какие-то строчки оттуда, которые стали пророческими или мотивационными, вспомнить сейчас?

— Да, я могу вспомнить. Я писала стихотворение «Невеста». У меня там даже стоит дата. Я его написала в марте. А в апреле я познакомилась уже с будущим мужем. Там были такие вот строки: «Платье белое наденешь, косы смело распусти. Без пяти минут невеста. У порога погрусти. Белой розою сияешь, так невинна и свежа. Сердце милого пленяешь, до чего ж ты хороша. Ты давно о нем мечтала. Отчего же так грустно? Может быть тебя смущает эта ранняя весна?»

И действительно в этом стихотворении прослеживается моя грусть о том, что детство заканчивается, и буквально через месяц мы познакомились И где-то в сентябре мы поженились. Но оно не дословно сбылось. А если говорить о дословном, то я писала стихотворение «Плачут ангелы в ночи». Но это очень грустное стихотворение. В нем буквально подробно описаны события, которые произошли в кинотеатре «Зимняя вишня». И страшно становится, потому что там есть такие слова: «Плачут ангелы в ночи. Хоть кричи ты, хоть молчи. Можешь спорить, все равно. Их вернуть не суждено. Нет ни боли. Нет ни скуки. Не терзают их науки. Пламя жаркое за час оборвало жизни враз». Когда это все произошло, мама открыла и прочитала. Мне сразу же позвонила и говорит: «Надя, это какой-то кошмар. Мы сейчас смотрели в новостях, открыли твою книжку и прочитали. Ты прямо об этом написала».

— Как часто к тебе приходит такое ясновидение? Ты просто садишься вечером и говоришь: «Так, сейчас я сажусь и пишу»?

— Если мне приходит какая-то идея или вдохновение в 4 часа утра, да, я могу вскочить, записать и дальше лечь спать. А наутро проснуться и сказать: «О, это я написала?». Но в последнее время я поняла, что мне нужно погружаться. Очень много забот, хлопот и разных обязанностей. Чтобы начать слагать поэтические строки, нужно погрузиться в тему. То есть мне нужно сесть, почитать литературу на эту, и в течение, например, дня буду обдумывать эту тему. Писать я так могу неделю-две, если я работаю серьезно над какой-то книгой или над каким-то произведением, то я ухожу. Мне очень трудно потом даже выходить из этого состояния, потому что идет этот поток и трудно на что-то переключаться.

— Фестиваль детской книги. Как пришла идея и как реализовывалась эта идея?

— Я проснулась рано-рано утром и поняла, что мне нужно делать этот фестиваль и я начала его делать. Но для того, чтобы я начала его делать, сначала нужно было создать фонд детской литературы и вообще заняться этим вопросом. А здесь вообще просто сплошные чудеса складывались. Вот поэтому этот фонд, этот конкурс, фестиваль – это тоже все чудесным образом случилось. У меня такое ощущение, что меня просто ведут. Ведут и мне встречаются нужные люди.

— Я прихожу в книжный магазин. Как мне выбрать правильную книгу. Что мне не нужно покупать, а что нужно? Как подобрать книгу ребенку?

— Сейчас это на самом деле сложный достаточно вопрос, потому что иногда под обложкой известной книги скрывается совершенно неизвестное содержание в современной интерпретации, которая может не понравится и иллюстрации тоже могут быть самые неожиданные. Нужно в любом случае открывать книгу и читать, причем желательно с середины, чтобы знать о чем книга. И пролистать, просмотреть очень тщательно. Не стоит сейчас доверять просто обложке или названию. Но если уже брать книги в магазине из того, что можно там найти, я бы порекомендовала, что-то ближе к классике, потому что она у нас сейчас продолжает издаваться достаточно большими тиражами и есть вероятность встретить очень хорошую книгу того же Чуковского, Барто. Бианки.

— Можно тебя попросить составить такой список, который ребенок должен прочитать до 6 класса.

— Я могу сказать, что это должны быть книги о природе, патриотические книги, о Великой Отечественной войне. Потому что детям уже в начальных классах становится это интересно. Обязательно поэзия. В младшем возрасте они просто смакуют вот эти вот рифмы и ритмы.

0 0 vote
Article Rating
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments